Преподобная Дария Сезеновская
Память 28 июля ст. ст., прославлена в Соборе Тамбовских святых в 1988 г.
Дария Дмитриевна Кутукова была крестьянской девицей из села Пикова Раненбургского уезда Рязанской области. Живого веселого характера, она была постоянной устроительницей девичьих игр, и потому ее отец был не мало удивлен, когда она объявила ему, что замуж выходить не хочет. Ей было 24 года, когда женили ее младшего брата Василия. Веселилась она не менее других, но вдруг стала серьезной, заявила, что вывихнула руку, и идет в село Нижне-Ломовское к своей родственнице просить ее найти хорошую костоправку. Нижне-Ломовское было по другую сторону реки. Проводить ее пошли обе жены ее братьев. Но у переезда она отдала им свою шубу и серьги, велела просить у отца благословения, но не сказала на что, и уехала в лодке. Больше известий о ней не было. В Нижне-Ломовском никто ее не видел, и семья недоумевала, что все это может значить. Предполагали, что она утонула, но лодку нашли привязанной на другом берегу.
Между тем, она пошла к старцу Илариону, который в то время подвизался в лесу. Это был тот самый прозорливый старец Иларион, который потом стал Троекуровским затворником, и послал Александра Михайловича Гренкова, будущего старца Амвросия, в Оптину пустынь, сказав: “Ты там будешь нужен”. Дарию старец Иларион послал в обитель старицы высокой жизни Агафии, называющуюся Меловые Горы. Этой старице было в сонном видении сказано, что к ней идет кроткая и незлобивая голубица, и велено было ее встретить. Старица Агафия вышла к ней навстречу со всеми сестрами, и к своему удивлению увидела, что к ним идет молодая крестьянская девица. Старица Агафия поверила, что откровение ей было дано о ней, и приняла ее с материнской любовью.
Послушание ей дали в трапезной. Служила она сестрам с великим смирением и за все семь лет, которые она там пробыла, никто не слышал от нее ни одного слова, кроме “прости” и “благослови”. Она точно дала обет молчания. Все ее полюбили, и старица вполне удостоверилась в том, что откровение ей было именно о ней. Но необходимость выхлопотать паспорт заставила ее вернуться на родину. В семье встретили ее с величайшей радостью и изумлением. Она объявила всем, что хочет поступить в монастырь, и отец паспорт ей выхлопотал. Она стала ходить по святым местам, но Бог не привел ей нигде долго остаться: Он предназначал ее к другому пути. Кончилось тем, что отец построил Дарье келлию в селе Головщине, где она поселилась и стала заниматься печением просфор.
Ей было тогда 35 лет. Так прошло 12 лет. Порой она ходила на богомолье, и в Задонском монастыре у старца Агапита она встретила молодого еще, очень бедно одетого человека, по имени Иоанн, который показался ей очень несчастным, и она мысленно решила поместить его в Троекурове у старца Илариона. Не успела она еще подумать об этом, как старец Агапит велел ей взять Иоанна с собой к старцу Илариону. К ее большому изумлению, старец Иларион принял Иоанна с почетом и сказал, что Иоанн старее его, и что не Иоанн ему, а он Иоанну должен служить. К довершению всего приехал богатый помещик князь Несвицкий и сказал, что, по откровению Божьему, бывшему ему во сне, он должен взять Иоанна в свое имение Сезеново.
В Сезенове князь Несвицкий построил для Иоанна келлию, в которой он и затворился до самой своей кончины. Блаженный Иоанн, Сезеновский затворник, был одним из величайших сокровенных подвижников 19 века. Под видом убожества он таил в себе величайшие дары Божии — молитвы, прозорливости и чудотворения. Старица Дария, сама высокого духовного устроения, всецело отдала себя под его благодатное руководство. В Сезенове она построила себе келлию и до самой кончины праведника служила ему. По его кончине она окончила начатое им строение Казанского семипрестольного храма, и сама создала трехпрестольный храм во имя Рождества Христова. Келлию затворника она преобразовала в Преображенский храм.
Некоторое время она управляла создавшейся в Сезенове женской общиной. Но когда был открыт Сезеновский Иоанно-Казанский монастырь, она, по преклонности лет, ушла на покой, не переставая, однако же, трудиться в пользу любимой обители. На ее место была назначена ее верная помощница Евфимия, ставшая игуменией Серафимой.
Старица Дария имела до конца жизни твердый и решительный характер, со всеми была ласкова и весела. Доступ к ней был открыт всем, кроме часов ее келейной молитвы. У нее были высокие благодатные дары, особенно прозорливости и любви к людям, всем она внушала не только любовь к себе, но и особый благодатный страх.
Скончалась она после недолгой болезни в глубокой старости 28 июля 1858 года.
