Епископ Тамбовский и Мичуринский Феoдосий

Тамбовская духовная семинария и тамбовские епископы в 1860-1870 годах

«Епархиальный архиерей, как главный начальник духовных училищ своей епархии, имеет высшее наблюдение за исполнением в семинарии сего устава», — так определял обязанности правящего епископа по отношению к семинарии устав 1867 года [1]. Архиерей имел право посещать семинарию в любое время, входить во все семинарские дела, присутствовать на экзаменах. Все свои замечания епископ излагал письменно и направлял в качестве предложений семинарскому Правлению, которое принимало по ним необходимые решения. Как правило, постановления Правления никогда не противоречили предложениям архипастыря. Это свидетельствовало о том, что Правление прислушивалось к замечаниям правящего епископа как к своему «главному начальнику», действуя в строгом соответствии с полномочиями, отведенными Правлению новым уставом. В свою очередь, тамбовские архиереи в своих обязанностях по отношению к семинарии никогда не стремились к мелочному контролю за всеми действиями Правления, давая тем самым семинарии известную долю автономии.

За двадцать лет подготовки и проведения реформ в духовном образовании на Тамбовской кафедре находились очень авторитетные епископы, оказавшие впоследствии большое влияние на церковную жизнь в России. Первым в этом ряду стоит епископ Феофан (Говоров), прославленный Русской Православной Церковью в лике святых в 1988 году.

В июне 1859 года состоялись наречение и хиротония архимандрита Феофана во епископа Тамбовского и Шацкого. Его служение в Тамбовской епархии продолжалось недолго, всего три года, но и за это короткое время святитель успел приобрести всеобщую глубокую любовь своей паствы. Кроме таких человеческих качеств, как необыкновенная кротость, редкая деликатность, заботливое внимание к нуждам и потребностям каждого человека, архипастыря отличал талант и великолепные организаторские способности во всех сферах церковной жизни. Пристальное внимание владыка уделял и Тамбовской семинарии. Именно по инициативе епископа Феофана был открыт класс иконописи и решалась проблема с комплектацией и изысканием средств на проведение реформ. Вникал владыка и в учебный процесс. Так, просматривая конспекты учителей за 1860 год, он оставил некоторые замечания на них. Преподавателю патристики, например, рекомендовал составить единый конспект; по логике и психологии предлагал в начале курса составлять вопросы и давать их для разбора ученикам; по гражданской истории призывал рассказывать историю своими словами, а по церковной истории сам задавался вопросом: «Как ухитриться, чтобы знать церковную историю?» [2].

Заботился святитель Феофан и о знании воспитанниками Священного Писания, давая конкретные рекомендации с целью усилить его чтение. Выполняя его рекомендации, преподаватель К. Говоров в декабре 1860 года рапортовал Преосвященному: «В среднем 2-м отделении прочтена была мною вся книга Иова, как в славянском, так и в русском переводе, … общее содержание книги, равно и частное расположение частей сдано воспитанникам для заучения» [3]. Следует сказать, что после епископа Феофана никто больше из тамбовских архипастырей так подробно не вникал в учебный процесс в Духовной семинарии.

Сменил святителя Феофана на Тамбовской кафедре епископ Феодосий (Шаповаленко), который управлял епархией с 1863 по 1873 годы. Владыка Феодосий происходил из семьи священника, получил высшее богословское образование, закончив Киевскую Духовную академию со степенью магистра богословия. Он был инспектором сначала в Полтавской, а затем – в Киевской Духовных семинариях. После этого последовательно занимал должность ректора Волынской, Полтавской и Воронежской Духовных семинарий. Он хорошо был знаком с учебным процессом, хозяйственной частью и другими семинарскими делами. Епископу Феодосию пришлось применять свою архиерейскую власть, чтобы разрешить те конфликты, которые возникали в семинарии в его время. Один из них был связан с противоречиями, которые возникли между ректором семинарии протоиереем Михаилом Зефировым и инспектором Никанором Маловым. Другой – с деятельностью протоиерея Георгия Хитрова, резко критиковавшего деятельность семинарского Правления. Когда протоиерей Хитров выступил со своими заявлениями, то владыка поспешил защитить семинарию, отстранив протоиерея Георгия от должности члена Педагогического собрания, о чем 29 марта 1873 года доносил в Святейший Синод следующее: «Мною устранен от должности члена педагогического и распорядительного собрания Правления семинарии протоиерей Хитров. Протоиерей Хитров делал донесение епархиальному съезду духовенства, бывшему в январе месяце 1873 года, в котором он жаловался съезду на незаконное будто бы и самопроизвольное действие семинарского Правления, как в экономическом, так и в учебно-воспитательном отношении. Съезд, не считая себя в праве входить в рассмотрение его донесения, предложил мне его в подлиннике при своих журналах, и я требовал от семинарского Правления объяснений против каждого его пункта. Правление семинарии не допустило никаких действий незаконных и самопроизвольных. Хитров знавши, что съезд не имеет права вмешиваться в семинарское Правление, жалуется ему, очевидно с тем, чтобы поставить семинарское Правление и епархиальное духовенство во враждебные отношения» [4]. При епископе Феодосии в 1863 году открылось Тамбовское епархиальное женское училище, давшее дочерям местного духовенства возможность получать среднее образование на родине.

Епископ Палладий (Раев), бывший ректор Санкт-Петербургской Духовной академии, занимал Тамбовскую кафедру с 1873 по 1876 годы. Вся ответственность по проведению реформ в Тамбовской семинарии легла на плечи владыки. Не случайно, видимо, в годы преобразований на Тамбовскую кафедру назначались архиереи, хорошо знакомые со спецификой духовно-учебных заведений. По воспоминаниям современников, прибыв на кафедру, «епископ Палладий стал устроять семинарию и училищное общежитие» [5]. Он настоял на открытии дополнительного класса в семинарии и подвиг тамбовское духовенство на создание общежития для своекоштных воспитанников. Процесс реформирования семинарии епископ непрерывно контролировал лично, часто давая весьма разумные советы. Так, на летней сессии 1874 года, слушая доклад комиссии по общежитию, съезд духовенства епархии постановил объявить благодарность комиссии за проделанную работу. Съезд просил Его Преосвященство сделать распоряжение об исправлении плана и сметы согласно предложениям комиссии и ходатайствовать перед Святейшим Синодом о выделении дополнительных финансовых средств. Хорошо владея ситуацией по сути дела, владыка написал на журнале заседаний съезда следующую резолюцию: «Читал. Жаль, что оо. Депутаты отнеслись к прописанному здесь важному предмету поспешно и недовольно практически, а) следовало бы назначить для построения предполагаемого дома комиссию из людей опытных и деятельных, пользующихся доверием оо. Депутатов, таковая комиссия подготовила бы все данные к благоприятной резолюции сего дела и непосредственно снеслась бы с г. архитектором, относительно исправления плана и сметы, и б) необходимо было бы ныне же постановить, с торгов ли отдать построение, или производить хозяйственным образом. Что касается до уступки участка семинарской усадьбы в собственность епархиального духовенства, то на это едва ли можно надеяться» [6].

Деятельность епископа Палладия (Раева) на Тамбовской кафедре вызвала неоднозначные оценки его современников. Многие упрекали его в излишней трате церковных средств и в стремлении к роскоши. Спустя шесть лет после его смерти, в 1899 году, (архипастырь закончил свой земной путь в сане митрополита Санкт-Петербургского) в «Тамбовских епархиальных ведомостях» появилась статья, защищавшая почившего владыку от нападок его недоброжелателей. Она называлась: «Заботы митрополита Палладия (Раева) о духовно-учебных заведениях Тамбовской епархии». В заметке отмечались несомненные заслуги архипастыря перед семинарией. В ней, в частности, говорилось о том, что по его инициативе было устроено семинарское общежитие, началось приобретение новых зданий для Липецкого и Шацкого Духовных училищ, а также осуществлена кардинальная перестройка семинарских корпусов.

На долю епископа Палладия II (Ганкевича), управлявшего Тамбовской епархией с 1876 по 1885 годы, выпала миссия окончательного приведения Тамбовской Духовной семинарии в соответствие со стандартами нового устава. Ему пришлось заниматься достраиванием семинарских корпусов, руководить их окончательной отделкой и приемкой в эксплуатацию. Владыка Палладий совершил и освящение новых семинарских зданий. Со времени епископа Палладия здания Тамбовской Духовной семинарии, в которых в настоящее время находятся аудитории Тамбовского государственного технического университета, не претерпели практически никаких изменений. 10 сентября 1880 года в 11.30 впервые в истории семинарии, ее посетил министр народного просвещения А.А. Сабуров [7]. При епископе Палладии (Ганкевиче) в 1877 году состоялось открытие дополнительного отделения в 1-ом классе семинарии, чему так много внимания уделял епископ Палладий (Раев), не успевший довести это дело до конца. Можно сказать, что во время владыки Палладия (Ганкевича) семинария переживала относительно стабильный период в своей истории, однако в 1884 году в ней произошел случай, получивший широкий резонанс в городе и потребовавший архипастырского вмешательства. Связан он был с попыткой самоубийства одного из учеников. Воспитанник 1-го класса семинарии Константин Анцеров был оставлен на второй год из-за неуспеваемости. Данное обстоятельство чрезвычайно расстроило его так, что он произвел в себя выстрел, оставшись, к счастью, в живых. По решению Тамбовской Духовной консистории семинарист Анцеров был подвергнут епитимии с запрещением причащаться Святых Христовых Таин в течение пяти лет. Это решение было одобрено епископом Палладием, который, однако, внес поправку, разрешавшую семинариста «допускать к Святому Причащению, в случае смертельной опасности» [8].

Как и его предшественники, епископ Палладий до своей архиерейской хиротонии был хорошо знаком с учебно-воспитательным процессом и хозяйственными заботами духовной школы, поскольку был семинарским преподавателем и ректором Могилевской Духовной семинарии.

В изучаемый период Тамбовские Преосвященные архипастыри играли важную созидательную роль в жизни Тамбовской Духовной семинарии. Они всегда живо интересовались нуждами Духовной семинарии, вникали в учебный процесс, не оставляли своим попечением тему духовно-нравственного воспитания семинаристов, заботились о расширении духовной школы и строительстве новых зданий, уделяли должное внимание хозяйственным вопросам. Вместе с тем, нельзя сказать, что их роль в жизни семинарии была ключевой. Скорее всего, забота о семинарии для тамбовских архипастырей была столь же ответственной святительской обязанностью, таким же важным и необходимым делом, как и их каждодневная неустанная забота об устроении мужских и женских монастырей, приходской жизни и других сторон деятельности Тамбовской епархии.

Статья опубликована в журнале «Тамбовские епархиальные ведомости», № 2, 2010.


Примечания

1. Свод уставов. СПб., 1908. С. 12.
2. ГАТО. Ф. 186. Оп. 66. Д. 2. Л. 1.
3. ГАТО. Ф. 186. Оп. 66. Д. 2. Л. 2.
ГАТО. Ф. 186. Оп. 79. Д. 77. Л. 17.
5. ТЕВ. 1899. No 2. С. 38.
6. ТЕВ. 1874. No 14. С. 410.
7. ТЕВ. 1880. No 13. С. 787.
8. ГАТО. Ф. 186. Оп. 90. Д. 26. Л. 4.

Comments are closed.